Московская область, г. Сергиев Посад, Лавра, Академия
title image

Архиепископ Амвросий: Каноны должны обрести подлинную силу (RUS, ENG, GR)

English version (ENG)
Ελληνική μετάφραση (GR)

Ваше Высокопреподобие досточтимый отец Владимир, ректор православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета; Дорогие отцы, братья и сестры, гости и участники конференции “Причины и вызовы текущего кризиса межправославных отношений”.

Позвольте приветствовать вас на открытии конференции, хотя ее повод нельзя назвать светлым и позитивным. Все мы глубоко озабочены и опечалены теми событиями, которые сейчас происходят в мировом Православии и всем нам только предстоит дать оценку всему этому и предложить наши размышления нашим братьям и сёстрам не только в Русской Православной Церкви, но и в других Поместных Православных Церквях. Глубоко скорблю о том разделении, которое к несчастью всего мирового Православия стало уже знаком нашего времени. Разделение, которое спровоцировано, по большей части, политическими мотивами и сиюминутными интересами. Глубоко скорблю и переживаю лично, и неоднократно об этом высказывался, о духовном разрыве с некоторыми монастырями Святой Горы Афон.

В последнее время появились мнения о данной Патриархом Константинопольским Варфоломеем украинским раскольникам так называемой автокефалии как о некоем «выходе из тупика» под прикрытием идеи о пастырской заботы о находящихся в расколе. Печально, что подобного рода мнения слышны, по большей части, из грекоязычных стран и церквей. На мой взгляд, причина этого – незнание истории 90-х годов в Украине, нежелание заглянуть в корень этого раскола, уяснить, что же послужило причиной всему тому, что своей широкой волей попытался «уврачевать» Константинопольский Патриарх.

Вопрос, который возник сегодня из-за единоличных действий Константинопольского Патриарха – шире, чем просто вопрос об автокефалии на Украине. Это вопрос о каноническом праве в целом, и в частности – о каноническом праве во взаимоотношениях Православных Церквей. Те правила, к которым отсылает каждый раз Фанар, были разработаны для Константинополя древнего, столицы Великой Империи. И его статус, в первую очередь, был связан со статусом нахождения в Имперской столице. Но мы знаем, что до Константинополя первенствующими Церквями были сначала Иерусалим, потом Рим. С изменением истории неизбежно меняется статус. Но со времени гибели Империи статус Константинополя де-юре оставался прежним, отчасти – из-за во многом более дипломатичного, братского подхода Патриархов, которые возглавляли Константинопольский престол до Патриарха Варфоломея.

Когда Церковь только начала свое земное существование, безусловным центром и авторитетом ее был Иерусалим. Именно во Святом Граде состоялся первый церковный Собор, ставший основой для всех последующих Соборов как Поместных, так и Вселенских. Основания его первенства связаны со Священной Историей: «Радуйся, святой Сион, / матерь церквей, Божие жилище! / Ибо ты первым получил / отпущение грехов чрез воскресение»[1]. Однако, в дальнейшем после уничтожения Иерусалимского Храма и самого города римлянами, Иерусалим теряет свое значение. Он, по большей части, выпадает из христианского дискурса на столетия. Число местных христиан в Иерусалиме уже никогда не было столь большим, как в самом начале.

Следующий значимый пункт в истории первенства связан, конечно, с «первенствующей в любви» (προκαθημένη τῆς ἀγάπης)[2], по словам священномученика Игнатия Богоносца, Римской Церковью. И хотя начальное церковное возвышение Рима связано в основном с первенством в любви, а именно с любовью христиан-римлян к мученикам, а также с мученической кончиной первоверховных апостолов Петра и Павла, в дальнейшем наибольшую значимость приобретают именно историко-политические причины. Но история не стоит на месте и, вследствие Великого раскола, уже никакие причины не влияют на первенство Римского епископа, т.к. он оказывается совершенно вне Православного мира.

Право первенства переходит от ветхого Рима к новому. Собственно, еще до Великого раскола, за основу рассуждений о первенстве берется историко-политическая парадигма, с основным упором именно на политическую составляющую. В 28 правиле IV Вселенского Собора явно объявляется основание возвышения Константинополя и его последующего первенства после отпадения Римской Церкви от православного единства, а также выделяется основание первенства Римского епископа: “Ибо престолу ветхого Рима отцы прилично дали преимущества: поскольку это был царствующий город (διὰ τὸ βασιλεύειν τὴν πόλιν ἐκείνην). Будучи движимы той же целью, и сто пятьдесят боголюбезных епископов предоставили равные преимущества святейшему престолу нового Рима, праведно рассудив, чтобы город, получивший честь быть городом царя и синклита (т.е. сената) (τὴν βασιλείᾳ καὶ συγκλήτῳ τιμηθεῖσαν πόλιν), и имеющий равные преимущества с ветхим царственным Римом, и в церковных делах возвеличен будет подобно тому, и будет второй после него”[3]. Сам текст этого правила свидетельствует, что к этому моменту главным основанием первенства были политические обстоятельства, а именно присутствие в городе высшей власти в Империи.

Уже на протяжении нескольких столетий эти основания потеряли свою силу. Это, безусловно, не означает, что недействительно и первенство Константинопольского патриарха, как не перестало быть действительным первенство Римской кафедры, несмотря на перенос столицы. Однако это заставляет серьезно задуматься над вопросом, не следует ли вновь рассмотреть эту проблему, и найти либо новые основания первенства, либо выправить ситуацию в соответствие с основаниями текущими. Ведь в настоящее время Константинополь не только не играет сколько-нибудь значимой политической роли среди государств, имеющих христианские корни, но и вовсе является по преимуществу городом мусульманским, пусть и хранящим в своих недрах христианские святыни и христианскую историю.

Как уже было сказано, обозначенная выше проблема с первенством есть, на самом деле, часть значительно более крупной проблемы, которую даже обсуждать принято считать несколько рискованным. Речь о каноническом праве в целом. В настоящее время многие канонические постановления Соборов потеряли те основания, которые стояли за ними в период их появления, как видно на примере вопроса о первенстве. По сути дела, те неурядицы, непонимания, споры, разногласия и даже расколы есть лишь проявления проблемы гораздо более глубокой. Эта проблема заключается в насущнейшей необходимости серьезного изучения канонического права Церкви, его глубин и оснований, и, как следствие этого изучения, создание единого канонического поля Православной Церкви. Это не означает, что необходимо отменять какие-либо правила Святых Соборов Православной Церкви, напротив, эти правила должны перестать быть простыми знаками и символами древних времен и обрести свою подлинную силу, будучи возвещены вновь на языке современной культуры, и в соответствии с современными реалиями. Только после создания этого единого правового поля, возможен, конструктивный разговор о тех или иных вопросах, возникающих в рамках жизни современных православных христиан.

Канули в небытие империи, в мир иной отошли языки и народы, говорившие на них, жизнь сильно изменилась с момента создания последнего канона, возвещенного Вселенским Православием. Но жизнь Церкви Христовой не прекратилась, сердце ее бьется все с той же силой. «Христос вчера и сегодня и вовеки Тот же» (Евр. 13:8), и именно на Нем, на этом камне, отвергнутым прежними строителями, но ставшим основания нового Дома Божия (см. Мф. 21, 42), зиждется Церковь, зиждется ее жизнь. Если древние отцы, движимые Духом Святым, смогли выразить правила жизни Церкви для своей эпохи, значит, и сегодняшняя Церковь способна выразить правила столь необходимые для ее жизни. Неизменным остается λόγος христианской жизни, но ее τρόπος находится в непрестанном изменении. И выразить его может и должна Церковь, являющаяся Телом Христовым и имеющая своей главой Самого Христа, в виде единого канонического поля, основанного на духе правил, созданных в предшествовавшие столетия, но выраженного в знаках языка столетия текущего.

И если в рамках Поместной Церкви этот вопрос может быть решен по-разному, то на межправославном уровне требуется некоторое общее решение и согласие. Безусловно, обсуждение этого вопроса с разных позиций в разных Поместных Православных Церквях способствует постепенному возникновению этого самого консенсуса и достижению компромисса. Однако всем известные события подталкивают к возможно скорейшему разрешению этого вопроса. При этом следует отметить, что вопрос о первенстве в Церкви – это лишь одна из сторон глобальной проблемы, которая существует уже некоторое время, однако, именно этот вопрос наиболее болезненно воспринимается, наиболее негативно, как стало очевидно ныне, влияет на жизнь мирового Православия.

Сегодняшнюю встречу мы начали со Святой Евхаристии и сугубой молитвы о единстве Святой Церкви, о сохранении Её от разделений и расколов, о том, чтобы Бог подарил Своей Церкви, мир и безмятежие, любовь и согласие. И это и есть конечная цель нашей конференции. Но для этого и мы должны быть искренними и честными, не боящимися обсуждать трудные, но давно назревшие проблемы. Передаю всем благословение Его Святейшества Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Кирилла. Да пребудет со всеми нами благодать Всесвятого Духа!

// Приветственное слово ректора Московской духовной академии архиепископа Верейского Амвросия на конференции в ПСТГУ «Причины и вызовы текущего кризиса межправославных отношений»


[1] Стихира воскресная на малой вечерне, глас 8.

[2] Ignatius Antiochenis. Epistola ad Romanos. Sources Chrétiennes 10, Paris, 1958. P. 124; Игнатий Антиохийский, сщмч. Послание к римлянам. Писания мужей апостольских. М., 2008. С. 290.

[3] Mansi, J. D. Sacrorum conciliorum nova et amplissima collectio. Vol. VII. Florentiae, 1762. Col. 369; Правила Святых Вселенских Соборов с толкованиями. М., 2000. С. 243-244. Текст несколько отредактирован для большего соответствия нормам современного русского языка.